Сравнительное источниковедческое, историко-текстологическое исследование видного историка-кавказоведа, доктора исторических наук, профессора Паруйра Мурадяна труда средневекового немецкого путешественника XIV-XV веков Ганса Шильтбергера публикуется с политологическим комментарием Начальника Института национальных стратегических исследований Министерства обороны Армении, доктора политических наук, Действительного члена Российской академии военных наук, генерал-майора Гайка Котанджяна.

Свою публикацию генерал Котанджян посвящает светлой памяти своего старшего коллеги профессора Паруйра Мамбреевича Мурадяна.

В постсоветский период азербайджанская историография продолжает традиции фальсификации истории, заложенные в годы советской власти школой бакинского академика Зии Буниятова. На данных фальсификациях построена политическая доктрина нынешних властей Азербайджана, которая потомков тюркских кочевых племен-аборигенов Забайкалья и Алтая, чье массовое переселение на Южный Кавказ из Центральной Азии началось с 11 века, объявляет хозяевами историко-культурного наследия автохтонных армянского, персидского, а также персоязычных (талыши, таты) и дагестаноязычных (лезгины, аварцы, удины) народов (В. Худадов. Современный Азербайджан, - «Новый Восток”. Всероссийская научная ассоциация востоковедения при народном комиссариате по делам национальностей, книга 3, Москва, 1923, с. 171; Г. А. Абдурагимов. Кавказская Албания-Лезгистан: история и современность, С.-Петербург, 1995; В. А. Шнирельман. Война памяти: Мифы, идентичность и политика в Закавказье, М., "Академкнига”, 2003, сс. 202-203.). С этих же антинаучных историко-историографических позиций обосновываются территориальные претензии Азербайджана как к Нагорно-Карабахской Республике, так и к Республике Армения.

При этом следует подчеркнуть, что в историко-историографических анналах факты появления государства с названием "Азербайджан” и переименования закавказских татар в "азербайджанцев” датируются, начиная лишь с 1918 года (А. К. Алекперов. "Азербайджанцы.- Исследования по археологии и этнографии Азербайджана”, Баку, 1960, сс. 71-77; Р. А. Гусейнов. Проблема азербайджанства в истории Азербайджана. - "civilizacium Ziebani”, Tb. 2007. gv. 12-14).

В то же время попытки удревнения истории Карабахского ханства и ее "азербайджанизации” противоречат неоспоримым фактам позднего образования Карабахского ханства в составе Персии под правлением пришлого Панах-хана лишь в 1747 году – в результате борьбы с армянскими владетельными князьями Карабаха (меликами Хамсы) – и краткосрочного существования Карабахского ханства в течение лишь 58 лет – до 1805 года – с последующим вхождением в Российскую империю (Mirza Yusuf Nersesov. A Truthful History. Translation, introduction and commentaries by K. P. Kostikian. Yerevan, 2000).

Другим аргументом для предъявления территориальных претензий главой соседнего государства к Республике Армения является извращенное толкование истории и итогов войн между Османской империей и сефевидской Персией в XVI-XVII веках, а также между Персией и Российской империей в 1826-28 годах. Азербайджанские историки, замалчивая массовую депортацию армян из Восточной Армении в Персию шахом Аббасом I в 1603 году, их частичное возвращение на места своего прошлого проживания в соответствии с Туркменчайским договором 1828 года преподносят как появление армянского населения на землях, на которых ранее оно никогда не проживало (Arakel of Tabriz, "The History of Vardapet Arakel of Tabriz”, Mazda Publishers, Cosa Mesa, 2006; Khanbaghi, "A 2006, the Fire, the Star and the Cross: Minority Religions in Medieval and Early Modern Iran”, I B Tauris, London; "IRANIAN-ARMENIANS ON THE SILK ROAD” by James Barry, Monash Asia Institute, 17-th Biennial Conference of the Asian Studies Association of Australia in Melbourne 1-3 July, 2008:- http://arts.monash.edu.au/mai/asaa/jamesbarry.pdf).

О данных грубых искажениях свидетельствуют известные исторической науке документы. Некоторые из них фигурируют также в полемике, вспыхнувшей на электронных страницах ИА REGNUM вокруг статьи российского политолога Станислава Тарасова «За что Баку атакует московского корреспондента "Washington Post"» от 16 июля 2011 г. (http://www.regnum.ru/news/polit/1426214.html; "Nagorno-Karabakh wants a seat at the table” by Will Englund, The Washington Post, Published: July 8: http://www.washingtonpost.com/world/europe/nagorno-karabakh-wants-a-seat-at-the-table/2011/07/08/gIQAxXGf3H_story.html; "In Karabakh, the first post-Soviet war” by Will Englund, The Washington Post, Published: July 7: - http://www.washingtonpost.com/world/in-karabakh-the-first-post-soviet war/2011/07/06/gIQAF7tm1H_story.html).

Недавно ушедший из жизни именитый историк-кавказовед, профессор Паруйр Мурадян был одним из тех высококвалифицированных служителей науки, которые в результате объективного сравнительного анализа научных трудов по истории Армении на строгой фактологической базе выявили сущность и приемы азербайджанских фальсификаций первоисточников с целью переиздания и распространения их сфальсифицированных версий. В свое время ученые-обществоведы обратились к международному сообществу с заявлением в связи с речью Президента Ильхама Алиева на юбилейном заседании Академии наук Азербайджана по случаю ее 60-летия (Ильхам Алиев: "Роль азербайджанских ученых - довести до сведения мировой общественности историческую правду о Карабахе”. - http://day.az/print.news/politics/37058html. 14.12.2005.). Тогда, в декабре 2005 года, ученые обратили внимание на беспрецедентный платный политический заказ главы соседнего государства фундаментальной науке на фальсификацию истории Нагорного Карабаха. (См.: "ЗАЯВЛЕНИЕ АКАДЕМИЧЕСКОГО СООБЩЕСТВА АРМЕНИИ: ГЛАВАМ ГОСУДАРСТВ И СОПРЕДСЕДАТЕЛЯМ МИНСКОЙ ГРУППЫ ОБСЕ ОТ ИМЕНИ КРУГЛОГО СТОЛА УЧЕНЫХ-ОБЩЕСТВОВЕДОВ АРМЕНИИ, СОСТОЯВШЕГОСЯ В ПРЕЗИДИУМЕ НАЦИОНАЛЬНОЙ АКАДЕМИИ НАУК, 27 ДЕКАБРЯ 2005 Г., ЕРЕВАН”, ИА REGNUM: - http://www.regnum.ru/news/568526.html).

Как показывает политическая практика азербайджанских властей, навязывание международному научному сообществу псевдонаучных дискуссий на базе историографических искажений, в конечном счете, используется для "обоснования” территориальных притязаний, озвучиваемых в последнее время главой азербайджанского государства (Ильхам Алиев: "Нынешняя Армения располагается на исконных азербайджанских землях”. /16.10.2010/. - http.www.regnum.ru/news/1336729.html; "Под председательством Ильхама Алиева состоялось расширенное заседание Кабинета министров”. 20 октября 2010 г. - http://www.president.gov.az/articles/919?/ocale=ru.).

Публикация результатов исследования, предпринятого профессором Мурадяном, обращает внимание читателей РЕГНУМ-а, прослеживающих полемику между российскими и азербайджанскими учеными по карабахской проблеме, на необходимость учета данной особенности историко-историографического качества источников, приводимых азербайджанскими коллегами.

Профессор Паруйр Мурадян на симптоматическом примере сравнительного анализа подлинного текста немецкого путешественника XIV – XV веков Ганса Шильтбергера и его сфальсифицированной версии, опубликованной в 1984 году в Баку издательством Академии наук Аз.ССР "Элм”, раскрывает методологию циничного разрушения научных основ истории Южного Кавказа школой Буниятова на уровне фальсификации историографии.

Читателю предоставляется возможность убедиться в том, что в основе сегодняшних притязаний бакинских властей на историю, культуру и территорию проживания армянского народа лежит развитие фальсификаторских традиций школы азербайджанской исторической науки, развернувшей преднамеренное системное искажение истории Закавказья.
Речь идет о целенаправленном изъятии из текстов средневековых первоисточников фрагментов, свидетельствующих о многовековом проживании армянского народа на собственной земле, а также о разнообразных проявлениях экономической, политической, военной, культурной и духовной жизни армян, армянских государственных образований, Армянской церкви и их лидеров как на территории Западной Армении, так и в Восточной Армении - в Закавказье.

Профессор ПАРУЙР МУРАДЯН. ДВА ИСКАЖЕННЫХ ИЗДАТЕЛЕМ ПАМЯТНИКА
«К освещению проблем истории и культуры Кавказской Албании и восточных провинций Армении», т. I. E., 1991, сс. 225–230. I. ГАНС ШИЛЬТБЕРГЕР. ПУТЕШЕСТВИЯ...

…Историческая наука пытается реконструировать модель прошлого, оперирует же она не только логикой событий и выявленными закономерностями, но и, прежде всего, данными разнородных первоисточников, сводя и анализируя их. Научная критика первоисточника и исключительная добросовестность при его издании или интерпретации–первейший и важнейший долг историка-исследователя. Любое неаргументированное вмешательство в первоисточник, любая вольность, допущенная издателем или исследователем, граничит с подлогом, а следовательно–преступна. Что это значит на деле–я хочу проиллюстрировать на примере нового издания русского перевода «Путешествия по Европе, Азии и Африке с 1394 года по 1427 год» Ганса (Иоганна) Шильтбергера (издательство «Элм», Баку, 1984, АН Азерб. ССР, Институт востоковедения, «Источники по истории Азербайджана»). …баварец Ганс Шильтбергер оказался в плену у «язычников»–турoк и, сопровождая своих пленителей-хозяев, он более тридцати лет скитался по странам и континентам, описывал события, страны и народы, которые он «имел случай видеть». Важность и достоверность сообщений Шильтбергера хорошо известны в специальной литературе по кавказоведению, цитировались неоднократно. Доказательством сказанного может служить и само образцовое издание русского перевода, осуществленное Ф. К. Бруном (Одесса, 1866 г.). Новое издание (на титульном листе значится: «Издание, редакция и примечания академика АН Азерб. ССР З. М. Буниятова») повторяет перевод Ф. К. Бруна, в отдельных случаях внося в текст уточнения стилистического характера. «Готовя к изданию перевод Ф. К. Бруна,–сказано в предисловии,– я сократил те части его «Путешествия», где превалируют бесконечные суждения схоластического порядка, много славословий в адрес католической церкви, которые в свою очередь снабжены такими же многоречивыми комментариями Ф. К. Бруна, почти вдвое увеличившего объем своего издания» (стр. 5).

Не верить словам издателя-академика, конечно же, нельзя. От того, что сокращены «бесконечные суждения схоластического порядка» или «славословия в адрес католической церкви», в принципе, первоисточник не должен сильно страдать, ибо не они составляют суть сообщений Шильтбергера. Однако издатель должен согласиться, что не все 6000 его читателей (это по количеству тиража книги) впервые берут в руки это сочинение; кое-кто из них этот памятник может знать и по немецкому оригиналу или, хотя бы, по предыдущему русскому изданию и вправе усомниться в отчетливом выборе подлежащих сокращению пассажей. К числу таковых, в частности, принадлежу и я. Не найдя в новом издании известных мне сведений по средневековой истории Армении, я занялся сверкой всего текста, и вот что выяснилось: под «схоластикой» и «славословием» наш редактор подразумевает все то, что по какой-либо причине ему не нравится, или то, чего ему не хотелось бы прочитать в сочинении немецкого автора. Вопреки элементарным нормам текстологии, он делает это без надлежащих примечаний, даже без простейших условных обозначений, как будто сокращаемых слов и выражений, целых отрывков вообще и не было в оригинале. Для представления лаборатории ученого ниже привожу несколько примеров, сокращенные слова и выражения выделяя жирным шрифтом:

«Король послал также пленных в подарок королям вавилонскому, персидскому, в Белую Татарию, в Великую Армению и в другие страны» (Брун, с. 8; Бун., с. 13).

«Есть еще город Кютайя, лежащий на высокой горе, в плодородной области, именуемой Кермиан, и город Ангора в земле ему соименной. В этом городе много христиан, придерживающихся армянского вероисповедания. В церкви их хранится крест, который блестит день и ночь и привлекает даже язычников, которые этот крест называют сияющим камнем» (Брун, с 41; Бун., с. 38)…

«Среди рая есть источник, дающий начало четырем рекам, которые орошают различные страны... Третья река, именуемая Тигр, орошает Азию и Великую Армению. Четвертая, Евфрат, течет через Персию и Малую Армению. Из числа этих четырех рек я видел три: Нил, Тигр и Евфрат и провел много лет в орошаемых ими странах» (Брун, с. 85–87; Бун., с. 52)…

Ни один из приведенных примеров не содержит ни «бесконечных суждений схоластического порядка», ни «славословий в адрес католической церкви». Это несомненно важные для науки и достоверные исторические свидетельства, находящие подтверждения в разноязычных синхронных источниках. Так что же побудило их сократить? На этот вопрос можно ответить, исходя из количественного анализа: издатель не доволен Шильтбергером, так часто и так конкретно упоминающем армян и Армению… этого оказалось достаточно, чтобы они были удалены из текста. Читателю может показаться, что схоластикой выглядит выражение «придерживающихся армянского вероисповедания», но наш издатель отлично знает, что на языке средневекового автора это равнозначно этническому определению. Он явно исказил суть сообщения, лишив армян и их культовые реликвии этно-культурной характеристики. Чтобы не быть заподозренным в тенденциозной интерпретации, уточню, что в остальных пассажах, где речь идет об исповедании «греческой веры» (Бун., с. 40, 45) или «О различных вероисповеданиях язычников», «О рождении Мухаммада и его религии» и т. д. (Бун., с. 56–61), издатель воздерживается от сокращения.

Последовательность З. М. Буниятова очевидна: он только расправился с «Великой Арменией» и тут же взялся за «Малую», «не заметив», что сливаются воедино два совершенно разных административно-географических понятия, хорошо известные по греко-латино-грузино-русско-армянским источникам, и упустив из виду, что тем самым сливаются две разные реки—Тигр и Евфрат, а Междуречье исчезает. Во всем этом не только нет науки, но нет и нравственной позиции. Боюсь, что меня могут обвинить в предвзятости, поэтому вынужден привести более пространные и рельефные образцы редакторского вмешательства, но на ту же тему. В «Путешествии» Шильбергера имеется типичный для средневекового рыцарского романа отрывок (гл. XXX–XXXII), в котором рассказывается о находящейся в крепости девице и защищающем ее ястребе (Брун. с. 42–43; Бун., с. 38–39). Наш издатель не считал нужным сокращать текст до тех пор, пока не появился, невесть откуда, нежеланный для академика персонаж. Вот этот изъятый из текста отрывок: «Затем явился туда однажды королевский сын из Армении, и также бодрствовал там трое суток: после чего вошел в дворец, где был ястреб, который начал кричать. Девица вышла навстречу и спросила его, чего он желает доброго и честного; Богатств он не требовал, говоря, что будучи сыном могущественного армянского короля, он имел довольно золота, серебра и драгоценных камней, но что, не имея супруги, он желал бы на ней жениться. Она ему ответила: тщеславие твое будет наказано над тобою и твоим могуществом, и прокляла его со всем его родом» (Брун. с. 43)…

Полностью из текста исчезли главы «Об армянском Вероисповедании» (Брун., с. 111–114), «О св. Григорие» (Брун. с. 114–121), в которых фиксируются множество интересных преданий, этнографических реалий, данные по истории армянского языка и т. д. В силу сказанного из текста Шильтбергера изъяты такие, к примеру, свидетельства или характеристики: «При всей своей храбрости армяне впоследствии потеряли все свои королевства. Не так давно еще король-султан отнял у них королевство, с хорошим городом Сис, резиденцию их патриарха, который впрочем обязан платить большую дань султану. При дворе кипрского короля находится также большое число армянских господ, по причине близости острова» (Брун., с 114). Вот еще: «Армяне, живущие между язычниками, разно и те, которые обитают среди других христиан, весьма честные люди. Они также весьма искусны и не хуже язычников умеют вышивать разные шелковые и бархатные материи, золотые и пурпурные» (Брун. с. 122).

Должен признаться, я многократно пытался прояснить для себя, какие цели и методы в рамках науки могли заставить издателя пойти на это. Речь ведь идет не об интерпретации источника, а о его издании. Историю исследуют по первоисточникам, документам, если же будет позволено изымать из них то, что не нравится издателю, то мы дискредитируем саму историческую науку, заменив ее вымыслом. Мои сомнения и поиски прекратились после проверки и разбора специальной главы «Об Армении» в труде Шильтбергера (Брун, с. 110–111; Бун., с. 67). Она небольшая, поэтому считаю возможным привести ее начальную часть полностью, опять жирным шрифтом выделяя сокращенную в новом издании часть: «Я также провел много времени в Армении. По смерти Тамерлана, попал я к сыну его, владевшему двумя королевствами в Армении. Этот сын, по имени Шах-Pox, имел обыкновение зимовать на большой равнине, именуемой Карабаг и отличающейся хорошими пастбищами. Ее орошает река Кур, называемая Тигр, и возле берегов сей реки собирается самый лучший шелк. Хотя эта равнина лежит в Армении, тем не менее она принадлежит язычникам, которым армянские селения принуждены платить дань. Армяне всегда обходились со мною хорошо, потому чтo я был немец, а они вообще очень расположены в пользу немцев (нимиц), как они нас называют. Они обучали меня своему языку и передали мне свой "Патер ностер”».

З. М. Буниятов, фактически, пересмотрел не только историческую географию Карабаха («эта равнина лежит в Армении»), но и его этнический состав, исключив из текста «армянские селения». Более того, он может лишить родины целый народ и поселить туда одного мусульманского владетеля. Так, Шильтбергер несколько раз упоминает «страну Джаник» (гл. VII–VIII), т. е. страну чанов–народа картвельского происхождения, редактор же его книги заменил этот хороним именем Джунайд-бека (Бун., с. 17–18). Теперь читатель вместо «страны Джаник», «лесов Джаника» и «земель Джаника» должен иметь дело с «Джунайд-беком», «владениями Джунайда» и «землей Джунайда». Что это значит–поймет даже неискушенный в исторической науке читатель. Такой поступок я бы назвал «Сумгаитом в истории», а точнее, быть может, историко-литературной подготовкой сумгаитской трагедии. Что станет с нашей исторической наукой, если у издателя книги Шильтбергера найдутся последователи?!

Это вовсе не праздный вопрос. В 1971 г. З. М. Буниятов издал в Москве русский перевод сочинения ал-Бакуви, современника Ганса Шильтбергера. Особенности его текстологической работы проявились и в этом издании. Прочитав сообщение первоисточника о том, что близ города Бакуйа (т. е. Баку) много селений. «Все жители этих селений–христиане» (с. 89–90), он тут же усомнился в достоверности этого сведения и снабдил оригинал вопросительным знаком, а вот в другом пассаже того же источника, где о русских говорится, что «Это большой народ из тюрок» и «Они самые грязные создания Аллаха» (с. 104), у нашего академика никаких сомнений не возникло, потому никаким вопросительным, ни восклицательным знаком этот текст он не сопроводил. Несколько лет тому назад в грузинском академическом журнале «Мацнэ» (серия языка и литературы, 1975, № 4, с. 168–174) было фиксировано, что в статье «Грузия и Ширван в первой половине XII века» З. М. Буниятов присвоил публикацию оды Фелеки Ширвани «На смерть царя Димитре I», подготовленную проф. Хади Хасаном. Так он поступил и при издании русского перевода «Албанской хроники» Мх. Гоша (Баку, 1960 г.), лишив Ч. Довсетта авторства многих примечаний (с. 33).

Как ни странно, все это не было замечено научной общественностью. Но вернемся к нашему вопросу–как же быть теперь с книгой Шильтбергера? Быть может, академика З. М. Буниятова объявить соавтором?
 

Айк КОТАНДЖЯН

http://www.golosarmenii.am/ru/20163/world/13018/